Рождественский фестиваль
поэзии и музыки

 

Прощёное воскресенье

© Автор: Туся

Ода медицинскому халату


О мой халат! Ты чище снега.
Вот твой рукав закрыл журнал:
И ты, мой друг и мой коллега,
Под Новый год чуть-чуть устал.
Во всех успехах и утратах
Хранил меня по мере сил.
Я знаю, клятве Гиппократа
Ни разу ты не изменил.
Душою тканой чист и тонок,
Ты на меня был в аккурат.
Ты слыл моим хорошим тоном
Все триста с лишним дней подряд.
Пусть в трёх местах прожжён был йодом!
Халат, мой лучший ассистент,
Себя за здравие народа
Ты отдавал в любой момент.
Но не сочти же за измену,
Что к новогоднему столу
Я не тебя, мой друг, надену.
Ты — гость незваный на балу.
Виси всю ночь на тёплой стенке,
Забыв на время все дела.
А завтра снова в мыльной пенке
Распустишь полы, как крыла.
Твоя крахмальность — долга святость.
Я за тебя молю стократ:
Избави Боже, чтоб халатность
Бросала тень на мой халат! 


Я пишу о венском стуле


Я сижу на венском стуле
в кухне, где посуды царство.
Помню, так сидела мама
среди круп и овощей.
Мне, девчонке, непонятны
были мамины мытарства:
эти щи да эти каши.
Мы давно не варим щей…
Я сижу на венском стуле.
Мама, где же ты со щами?
Мне сегодня очень нужен
твой рецепт от зол и бед.
Субъективно и надёжно
память связана с вещами.
Венский стул стоит на кухне,
мамы нету много лет.
Я сижу на венском стуле.
Слышно звуки фортепьяно:
венский вальс, любимый, мамин.
Если б время повернуть!
Я пишу о венском стуле,
помня маму постоянно.
Я сварю и щи, и кашу.
Приходите помянуть.

 

Вильнюсу, с любовью


Вильнюс — говор иноземный.
В низких тучах — зимний сплин.
Вписан кровью в эту землю
Славный воин Гедимин.
Узкоплечий, узкогрудый
Град, где в Новый год гощу,
Средь твоих грустинок людных
Старый русский храм ищу.
Церковь Пятницкая свято
Бережёт в стене своей
Письмена веков: когда-то
Ганнибал крестился в ней.
Старый город, я немею
От твоих летящих крыш.
Словно чистую камею,
Нерис вынес Саломею —
Ты стихи её хранишь.
И Тарас ходил когда-то,
И Скорина тут бывал.
Стёртый камень, имя, даты,
Низкий берег, древний вал…
К следу след — не между прочим.
К слову слово — невзначай.
Двор внутри. Кафе. Заскочим?
Ах, какой янтарный чай!
Милый город, Вильно бывший…
Бросив дом, друзей, дела,
Здесь, отчаянно влюбившись,
Будто век тобой жила.

 

Гора Крестов


Из ближних и дальних съезжаются мест
Сюда, легендарное действо творя:
Здесь ставят во здравье любимого крест,
Молитвы слова про себя говоря.
Стоящие тут обереги не счесть.
Но каждый единственный, неповторим.
И каждый о здравии просит, и весть
Бежит по дороге, проложенной в Рим.
До Божьего сердца будь праведен, путь!
Литва, Шауляй, указатель, разъезд…
Ты Гору Крестов посетить не забудь,
Поставь в этом месте во здравие крест.
Чугунный, из дерева, из серебра,
Метровый, в полдюйма, но всё-таки свой.
Хранитель любви — в чистом поле гора,
Стою пред тобою, склонясь головой.

Третье сентября


Ах, какая печаль!
Ах, какая досадная данность —
надышаться тобой
не успею до Судного дня.
Эту близкую боль,
эту сердце зовущую дальность
чтут стихи мои — те,
что останутся после меня.
Ах, какие стихи
для тебя сотворила я, милый!
Ах, какие стихи!
Ах, какие святые стихи!
Припадаю к тебе,
как листочек к земле неостылой.
Ты небрежной рукой,
словно ветер, меня не смахни.
Ах, какой небосвод,
точно в августе — звёздный и чистый.
И такой звездопад,
что желанья шепчу на бегу.
Я любила тебя,
как младенца, — Марией Пречистой.
Я люблю тебя так,
как любить никого не смогу.

Из жизни зелёных лягушек


Дорога, дорога — песчаные путы.
Бредут бедуины, а с ними — беда.
Зелёные спины ожогами вздуты,
И миля безмерна до слова «вода».
Здесь был не рукав, а всего лишь манжета —
Так старое русло лизнуло песок.
Отсюда для дачников целое лето
Царевны-лягушки звучал голосок.
Как славно подпрыгнуть за пищей крылатой,
Догнать водомерку, спугнуть окунька!
И листик кувшинки над ряской усатой
На миг оседлать, как Конька-Горбунка!
…Все сказки кончаются без исключений.
Затерянный мир доконал земснаряд.
Застроить решил человеческий гений
Квакушкино царство на собственный лад.
Дорога, дорога… Неведомым дразнит.
Какая там миля до благостных вод?
За что удостоен египетских казней
Царевны-лягушки невинный народ?
И меркнет движенье зелёного цвета,
И небо, как манной, не сыплет дождём…
Сюжет был увиден известным поэтом.
Мы с ним по соседству на даче живём.

Прощеное воскресенье


Приеду за? полночь,
А ветер западный
В мой город лапотный
За мной махнёт.
И утро инеем
Начертит линии,
Все лужи синие
Оденет в лёд.
В моей обители
Меня обидели,
Хотя и видели,
Что это грех!
А утро славное!
Обиды давние
Захлопну ставнями.
Прощаю всех.


Рекомендуйте хорошее произведение друзьям и следите за новостями в соц. сетях

опубликовано: 27-11-2016, 12:58

Комментарии:

 
 
 
 
 
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Оставьте комментарий:
Подтвердите, что вы человек: *

   
     
Цитата
  • Группа: Жюри
  • комментирует:
  • Пользователь offline
^
Дорогая Наталья, я Вас помню. Нас знакомил Юрий Григорьевич Каплан, и Вы подарили мне свою книгу, кажется, «Третий звонок».
Подборка славная: чистая русская классика – светлая, любящая, стремящаяся к высоте и даже местами с искоркой доброго юмора. Очень по сердцу.
Может, вместо «склонясь головой» в «Горе Крестов» лучше использовать архаичный и торжественный вариант «склоняясь главой», как Вы думаете?
  • Не нравится
  • 0
  • Нравится
 

Литературно-музыкальный фестиваль Звезда Рождества Запорожская епархия