Рождественский фестиваль
поэзии и музыки

 

Выдуманное

Задумчивое

Смотрит Бог задумчиво на Землю –
создавал, лелеял и берёг...

Слышат ли Его, кто правде внемлет,
отдавать стремится – не берёт
больше, чем довольствоваться может,
больше, чем вмещается в живот?..
Много ль тех, кому Земля дороже –
не забор, что вырос поперёк
горла у горластого соседа,
зависти, что на душе петлёй,
и любви остывшей и оседлой,
в Жизни, что безбожна и лиха?..

Смотрит Бог... со вторника на среду...
Любит паству, хоть она глуха...

Cакральное

В укромном капище души
сакрально всё: любовь и вера,
надежда, что угроз химеры
не одолеют твердь и ширь.

Там выложен простой гранит
спиралью маленькой вселенной
среди лесов благословенных,
и тайны давние хранит.

Там древних идолов глаза –
поверх голов стремятся к небу,
и рукотворны образа...
Звучат уже неясно требы
для силящихся их сказать.

Так молчалив безлюдный храм,
птицеголосы серафимы,
и годы, что струятся мимо,
привычны к жертвам и дарам.

И лишь пророкам и волхвам
понятна уязвимость веры, –
когда толпа, предав кострам
былые ценности, без меры! –
лишь анархическую скверну
несёт и сеет боль и хлам...

И прячешь храм своей души
от всех, кто льстив, насквозь фальшив...

А осень никнет...

А осень никнет... Птичий тарарам
задорно длится в поредевших клёнах,
в газонах, пополам ещё зелёных;
и так тепло туманится с утра.

А на скамьях, как пазлы для утех,
лежат и нежатся цветные листья:
который – нарядился в шубку лисью,
который – зеленеет всем на смех.

А осень милости тепла дарит,
расписывает кроны мастихином,
но сдёрнет золото... и ночи длинны,
а день с утра румянится... "Зарин"
осенний незаметен и опасен
вдыханьем в души грусти и несчастий,
и обликам добавит он морщин.
Прогнозы оправдают дрожь осин –
осенний тремор сделается общим.
И каждый лист до дня полётов ропщет,
но неизбежно вознесенье в синь.

Бог принимает жертвенность листвы
и паствы наболевшие мольбы...

Не птичье

От сквозняка, что в окно,
не застынет душа –
солнце уже набирает
в открытую силу.
Мне б только к Богу –
восславить Его, и с посылом
всех благодарностей –
снова смогу я дышать!..

Сколько вокруг горькой прозы,
совсем не стихов...
Сколько солёной воды
затаили ресницы!..
Только Ему доверяю
всю боль... и десницей
благословенною выпустит
мя из силков...

Снова могу я читать
в заоконье листву,
верить, что пыль – до дождя,
а жара – до прохлады,
вновь уходить научилась
в сень парков и в радость,
всё принимаю и верю,
молюсь и живу...

Смиренное

Время смирения.
Грифель, истёртый от слов, –
можно содрать карандашную тонкую стружку.
Жалко бумагу на множество черновиков –
и на обрывках опять откровений ненужность.

Время смирения.
Ветер, гроза или дождь.
Бреют газоны, равняя всех выскочек сразу.
В строчку опять не влезает причудливость снов.
Против рутины бунтует зарвавшийся разум.

Время смирения.
Чинишь рванину и тлен.
Вера, любовь и надежда – испытаны латки.
В меру грешишь, привставая с усталых колен.
Кроме себя, не находишь уже виноватых.

Время смирения.
Будто создатель чудес,
черпаешь в дней заоконье и свет, и крылатость.
Мягок, податлив любви немудрёный замес.
Мир пред тобой не покладист и тоже в заплатах.

Проснувшееся

Проснусь до света и встречаю день,
так исподволь шагающий с востока,
румянятся и дышат стёкла окон,
синица дёргает за хвостик тень.
И тень, звеня, послушно уползает,
запрятав в подворотни снов гекзаметр,
дрожь и зевоту зябкую, и лень...

А день лохматит ветер-сателлит,
уже в дворы до самых крыш налит...

А почки ночью взяли и открылись,
от солнца спрятав таинство поры.
Одёжки нараспашку, на разрыв –
и развернулись первых листьев крылья...

На них всё лето дереву лететь...
Раскидистые ветви – небу, ветру,
а солнцу, Богу – трепетную веру –
цветенье ежегодно, а не смерть.

Выдуманное

Выдумай радость и вышей на бязи тумана
нитями сочными радугу в сизом тепле,
лужи заката, что выплеснул по двору пламя.
Так полыхнул, что полнеба грозится истлеть...

Выдумай праздник последних премудростей марта,
белую глину тумана меси с молоком –
вылепи город, что где-то исчез спозаранку...
Фары рисуют по белому рыжим мелком...

Выдумай действо высокое – горнему вровень...
И сотвори на тумана простом полотне
жизнь и любовь, мирный свет... ничего больше, кроме
мира и счастья для тонущих в этой войне...


Рекомендуйте хорошее произведение друзьям и следите за новостями в соц. сетях

опубликовано: 19-11-2016, 10:11

Комментарии:

 
 
 
 
 
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Оставьте комментарий:
Подтвердите, что вы человек: *

   
     
Цитата
  • Группа: Жюри
  • комментирует:
  • Пользователь offline
^
Богатейшая метафоричность, Светлана, и удачные авторские неологизмы. Вы продолжаете крылато дерзать!
Но есть два замечания по однотипной ошибке. «От сквозняка, что в окно, не застынет душа» – что в окно... что делает – залетает? Без глагола нельзя. И «Жалко бумагу на множество черновиков» – жалко что делать с бумагой – тратить? Опять нет глагола. Даже если Вам кажется, что о глаголе можно догадаться, глагол можно опускать лишь в безличных предложениях, а у Вас не безличные, и получаются нарушения норм речи. Жду Ваших исправлений.
  • Не нравится
  • 0
  • Нравится
Цитата
  • Группа: Жюри
  • комментирует:
  • Пользователь offline
^
Светлана, сколько же тепла в Вас и Ваших стихотворениях. Радуюсь новой встрече с ними.
  • Не нравится
  • 0
  • Нравится
 

Литературно-музыкальный фестиваль Звезда Рождества Запорожская епархия